тутушкин распечатки




Не только низшее, но и высшее «Я» может быть бессознательным.)

з.фрейд

П

ока поступающая извне информация поддерживает уже сложившееся у человека представление о мире и о себе, он живет в согласии с самим собой. Достаточное совпадение идеального представления о себе с реальным определяет душевное благополучие человека. Но вот наметилось существенное расхождение и, как следствие, возникает внутреннее напряжение, побуждающее к изменениям: либо идеального, либо реального представления о себе, либо к попыткам вообще не воспринимать информацию, приводящую к дисбалансу представлений. В последнем случае в процесс вторгается инстанция, способная к созданию защитных механизмов. *

С накоплением жизненного опыта у человека формируется система, выполняющая роль ограждения сознания от информации, которая может разрушить его внутреннее равновесие, опирающееся на сложившуюся у него картину мира — система защитных психологических барьеров. Это ограждение, защищающее сознание, обеспечивается специальным образованием — цензурой. Цензура, как страж на посту, инспектирует все поступающее на входы сознания, тщательно контролируя каждое душевное движение и не пропуская опасные сигналы. Поэтому она может рассматриваться как особая форма переработки травмирующей информации. За счет этого она выступает как система стабилизации личности, проявляющаяся в устранении и (или) сведении к минимуму отрицательных эмоций, когда есть опасность возникновения чувства тревоги или угрызений совести как реакции на критическое рассогласование собственных представлений о мире с новой информацией. Получив неприятную информацию, человек может срочно умалить, ее значимость (по типу: «не очень-то и хотелось»), или изменить (снизить) уровень своих притязаний, вслед за осознанием невозможности их реализации, или исключить из рассмотрения факты, связанные с действиями, которые он не хочет выполнять.

Наиболее изученные формы психологической защиты (как преобразования травмирующей информации) получили специальные названия: отрицание, подавление, рационализация, вытеснение, проекция, идентификация, отчуждение, замещение, сновидение, катарсис, сублимация.

ОТРИЦАНИЕ

Он будет отрицать одни факты, искажать / другие, признав лишь некоторые из них, ^^ и все равно будет считать свою позицию логичной и последовательной.

э.фромм

Отрицание — это стремление избежать новой информации, не совместимой со сложившимися представлениям но себе. Защита проявляется в игнорировании потёТГцйально т р е вожной информгГ jj.hh, уклонении от нее. Это к а к»б ыба’р’ьТр’, расп о л о ж е н ныйjt^Tm о на входе воспринимающей системы. Он не допускает туда нежелательную информа,цаю^которая пр^ этом необратимо теряется для человека и не может быть впоследствии восста_нойлена [9б|. Таким образом, отрицание приводит к тому, что некоторое содержание ни сразу, ни впоследствии не может дойти до сознания (рис.29).

При отрицании переориентируется внимание^_Его. направление меняется так, что человек становится особо невнимательным к сферам жизни и граням событий, которые чреваты для него неприятностями, могут его травмировать. Тем самым он превен^» тивно~(с опережением) отгораживается от них. Ш^влиянием отри ца ния_мы_стараемся о чем-то не думатьх отогнать мысли_~о<э этом. Когда в чем:то никак нельзя признаться cetfe самому,jro наилучшим выходом остается по возможности не заглядывать ТГэтот страшный и темный угол. Таким образом действует, например, ст’р’ахперед неудачей, когда человек стремится избегать поло-~ жен и й,~~г р оз я щи х, по его мнению, поражением!» ЕсЖ‘УклЬнит’ься» полностью» невозможно, поведение может стать па р а до ксаль ны м поскоЖку_внйманиё становится «дырчатым».

Как~йЖёсТно7 в сйтуациях больших катастроф всегда есть определенный процентмтостра д а в ш их, защитная психическая реакция которых выражаетсяв полном „отрицании, казалрсьбы, вполне очевидных событий. Сугцествует много потрясающих описаний столь «странного» поведенияв обст^новке землетрясений, наводнении, изверЗкёний вулканов и т. гк

Обобщенная оценка значимости информации, которая может поступить, ее опасности, производится при предварительном восприятии ситуации и ее грубой эмоциональной оценке как «чего-то нежелательного». Подобная оценка приводит к такой перенастройке внимания, когда детальная информация об этом опасном событии полностью исключается из последующей обработки. Тогда человек либо отгораживается от новых сведений («есть, но не для

in»

меня»), либо не замечает их, считая, что их нет. Так или иначе, но возникает как бы внутренняя эмиграция. Избегаются темы, ситуации, книги, кинофильмы, подозреваемые в провоцировании у себя нежелательных эмоций.

Например, утверждение «я верю» обозначает некоторое особое состояние психики, при котором все, что входит в конфликт с предметом веры, имеет тенденцию не восприниматься. Вера организует такое отношение ко всей поступающей информации, когда, сам того не подозревая, человек подвергает ее тщательной предварительной сортировке, отбирая только то, что служит сохранению веры. В отличие от других защитных механизмов, отрицание осуществляет селекцию сведений, а не трансформацию их из неприемлемых в приемлемые.

ПОДАВЛЕНИЕ

Часто люди гордятся чистотой совести только потому, что обладают короткой памятью.

л.толстой

При подавлении защита проявляется в блокирован и и непр и я т — ной, нежелГтёльной^йнформации (рис. 30) либо при ее переводе из воспринимающей системы в память^либо при выводе из памяти в сознание. Подавление вступает в действиОШьТгогда^огда тенден1^ия_нежелательного действия достигает определенной силы. В этих условиях соответствующие следьГснабжаются как бы_спё: циальными метками, которыми, за т р у дня ют1Тос ле’ду ющ е е произвольное их вспоминание — блокируют их, хотя информацйя,~мар- кированная таким образом, в памяти сохраняется. Как известно, для закрепления..<у1эдрв.,^дод.го.вр.еме.н.ной памяти они должны быть особым образом эмоционально окрашены — маркированы’. ^Необходимая эмоциональная окраска (оценка) определяет последующую доступность следовГпройзвольному вспоминанйюГКогда человек устраняет мысль о том, что он не хочет илиТ?ё~может сделать, он говорит себёТак: «Не так-то уж и нужно было»,~«Есть вещи поважнее», тем самым обнаруживая негативную эмоциональную маркировку.очс-Си х^.сйХа ь, ‘

Рис. 29. Решение внутреннего конфликта «хочу, но не могу» уклонением от соблазняющей ситуации. (Из кн.: Бидструп X. Рисунки. М.,1970.).

Если человек усилием воли старается нечто подавить, забыть о чём-то пережитом ил и м ыслённб’бтталкивает это от себя, устраняя намерение, то соответствующие психические акты»деформируются. Возникающая деформация осуществляет диссоциацию следов в памяти, то есть разделение их на разрешенные к произволь-

Рис. 30. Блокирование желаемого действия как следствие побуждений разной направленности. (Из кн.: Бидструп X. Рисунки. М„ 1970.)

ному вспоминанию и неразрешенные. Поэтому подавление и об- н ару ж и в аетс яв раз ры вн ом?сар а кте р е воспоминаний — из общей картины прошльпс Событий что-то оказывается запрещенным к воспроизведениюГ 1Трйчё\Гне все негативные события ‘подавляются вравной мереГЧаще подавляется переживание сексу- альных побуждений, страха, собственной слабости, агрессивных намерений против р^щш^дёСи др.

Сведения, подавленные, неразрешенные^ вспоминанию, и со- храняемые в бессознательном, не абсолютно нед^ для со- знания_. Бываюз1мом£нты, когда сознание угадывает гдухую И. невнятную их речь. Как писал Л. Н. Толстой: «Только в самой тай- ной глуби не души своей^ьерговорм^ распущенную жизнь, чтосделалсятаким HepTjor.Oi_Hl.Q_ Дри род а влекла его к этому, а оттого, что он влюблен несчастливо в Ната- шу и подавил в себеэтулюбовь£|198, с. 112].

Поскольку подавление воздействует на информацию, когда она уже продвинулась до^системы памяти/то эта информация успевает обрасти физиологическими (вегетативными) компонентами. Они сохраняются и могут проявляться в обмолвках, описках7’неловк их~ ^движениях, навязчивых состояниях, то есть в разнообразных симптомах. Эти симптомы в символической форме отражают связь меж- ду реальным поведением и подавленной информацией. Если удастся создать условия для осознания причин конфликта,.то он поддается управлению. Его можно ослабить или вовсе нейтрализовать с помощью мыслительной деятельности, направленной на перестройку иерархии личностных ценностей.

РАЦИОНАЛИЗАЦИЯ

В своих бедствиях люди склонны винить _l судьбу, богов и все, что угодно, но только не самих себя.

платон

Рационализация — это защита, связанная с осознанием и использованием в мышлении только той части воспринимаемой информации, благодаря которой собственное поведение предстает как хорошо контролируемое. .и..не.лротиворечащее_обтлктивным О-бешахё^ствам (рис. 31). _При этом неприемлемая часть ситуации из сознания удаляется, особым~образ6м преобразовывается и, после этого, осознается, но уже в измененном ^иде. Фрейд, на»- ример, по лаг ал, что ко всем желающим отл ож ить л ечение надо относиться с недоверием, да же^ког дамоти в и ров ка отсрочки кажется безупречной, так как обычно истинные причины желаемой отсрочки — это страх, а приводимые резоны — рационализация. Как»видно из этого примера, преобразуется знание о той части реальностй,»»которое,»будь оно «осознано, сдёлало’быжизМЕГ’Слти^» , ком трудной и травмирующей. Защита осуществляется с помощью убедительных доводов, для оправдания своих личностно или социально неприемлемых качеств, желаний и действий.

Главная особенность рационализации состоит в попытке пост фактум создать гармонию между желаемым и реальным положе:» нием, и, т^м_самым, предотвратить потерю самоуважения. Так, пассивный говорит, что ёкрЗзлишняя уступчивость — следствие душевно^дади^ат^ти;„агрессивны й»,» что,» ‘1ШГсильны1Г человек, дн’н’е’может позволить.никому «сесть себе на1ш^»7а’^авно^ш- ныи, что онВ этих случаях»решение,

«ка’к поступить, принимается подсознательно и человек не осозна^

Рис. 31. Превращение обидной ситуации в другую, похожую на исходную, но укрепляющую самоуважение. (Из кн.: Бидструп X. Рисунки. М., 1970.)

;т стоящих за таким решением подлинных сил, но когда поступок :овершен, он берет на себя задачу найти для него оправдание^ [тобы убедить себя и других, что~6н действовал в соответствии реальной ситуацией.

Рационализация может противрречить фактам и законам _ло- ики, jjo jm.He обязательно.’ Она может быть рдзулдной-шогяч- ой^В этом случае е£-Иррациональность заключается только том, что объявленный мотив деятельности не является поддкн- ыML HanpHMepf иногда человек утверждает, что его профессио- альная некомпетентность проистекает из физического недомога- чя/. «Избавиться бы от головных болей — я бы сосредоточился 1 работе. В этом случае советы подлечиться, не перегружаться, i ослабиться, очевидно, не помогут, если этот человек потому /I болен, что на службе от него нет никакого толку.I

Осознаваемые (после вторжения рационализации) причины по- дения представляют собой смесь из ложной информации (пред- еждений, предрассудков), то есть трансформированных мотивов, в которую включены островки истины (констатация самого события). Наличие в этой смеси элементов истины придает человеку ложную уверенность», будто истинна и вся смесь. В этой смеси разум пытается навести некий благопристойный порядок, который после изготовления и осознается. Например, не желая признаться себе, что совершил определенные поступки по эгоистическим мотивам, человек так «хорошо» все себе объясняет, что сам начинает верить в «чистоту своих помыслов», или, не имея душевных сил признаться самому себе в том, что потерял хорошую должность по собственной вине, убеждает себя в том, что ушел с работы добровольно. Аналогично ведет себя уязвленный, подавленный страхом получить отказ в общении, человек, когда он, защищаясь, заявляет, что другие ему и не нужны, объявляя, тем самым, что свобода общения воспринимается им как бремя и ответственность.

Рационализация — это всегда.,выдача себе индульгенции, то есть это опр_аедахельно£-отношение..к. свдему^поведению и^своим принципамЛ1ри этом человек может быть уверен в своей искренности. Однако субъективная убежденность в собственной откровенности ни в коем случае не служит критерием истинности. Мотив поступка не обязательно совпадает с причиной, предшествовавшей действию, поскольку оправдательные мотивы часто выдвигаются и осознаются после совершения действия. Например, непосредственной причиной драки с хулиганом может выступать необходимость самозащиты, а при последующем объяснении выдвигается мотив сохранения человеческого достоинства, убеждение в социальной вредности хулиганства и т. п.

Га£мш^_А1ежду реальным поведением человека и его пред- ставлением_р_должном может быть достигнута с помощью двух вариантов рассуждения: либо повышением ценности совершенного поступка, полученного результата, ДИ6.0.Д0ШЖ§Щ£!!! ценности поступка, который совершить не удалось, илирезультатаZmQz торый не достигнут. Например, обращаться ли за помощью к ;неприятному»для вас человеку? И в том, и в другом случае изменения направлены к уменьшению диссонанса между желаемым и действительным, в соответствии с личной системой ценностей.

Когда защита не включилась своевременно, — возникший диссонанс переживается как тревога, сожаление. Не получив желаемого и огорчаясь по этому поводу, человек,.утешая себя, говорит: «Не очень-то и хотелось». В подобных случаях используется вариант рационализации, названный «зелен виноград». Он побуждает обесценивать или дискредитировать недоступные блага. Его сущ-.

ность в том, что при нехватке сил и воли для совершения намеченного человек, преувеличивая трудности для совершения намеченного, уговаривает себя, что делать этого и не надо. Другой вариант рационализации — «сладкий лимон». Он направлен на преувеличение ценности уже имеющегося блага и значимости достигнутого результата.

Приведем пример рационализации по типу «зелен виноград». Героиня романа Л.Н.Толстого «Война и мир» Наташа Ростова хочет освободиться от мысли об измене своей любви к князю Андрею. «После этого вечера Наташа не спала всю ночь и к утру решила, что она никогда не любила князя Андрея…» Внутренняя психологическая работа, подделывающая разумные причины под совершившиеся факты, привела к этому [198, с. 81].

Если задачу, которая в момент решения воспринималась как интересная и актуальная, решить не удалось, отношение к ней изменяется. Теперь, играя на понижение, человек склонен оценивать ее как несодержательную и неактуальную [196]. Аналогичные механизмы рационализации вмешиваются и в таких, например, случаях, когда толстая девочка, не игнорируя самого факта избыточного веса, трактует его как преимущество (женственность). Во многих случаях эмоциональная несдержанность, приводящая к частым конфликтам в общении, трансформируется и представляется их виновником как принципиальность, душевная тонкость, артистичность или как нежелание перекладывать свои беды на плечи друзей и близких, то есть как своеобразный вид альтруизма.

Итак, рационализация — это поиск ложных основании^когда человек не уклоняется от встречи с угрозой, а нейтрализует ее, интерпретируя безболезненным для себя способом. С этой целью реальное состояние дел подвергается содержательному анализу и этому состоянию дается такое объяснение, на основании которого человек может пребывать в иллюзии, что действует из разумных и достойных мотивов. Например, в обычных объяснениях алкоголиков используются мотивировки, приемлемые для окружающих и самого пьющего, при которых он сохраняет возможность представить себя как жертву неблагоприятных обстоятельств! и может почувствовать себя правым. Похвальба альковными подвигами тоже может выступать как защита от представления о себе как о сексуально неполноценном партнере («сладкий лимон»). Идет ли рационализация по типу «зеленый виноград» или «сладкий лимон», все равно в ней проявляется неудовлетворенность собой и своими поступками, потребность в самооправдании.

ВЫТЕСНЕНИЕ

Человек обладает иллюзией свободы постольку, поскольку он осознает свои желания, но не свои мотивы.

б.спиноза

Вытеснение связано с избеганием внутреннего конфликта_пу- тем!активного выключения из сознания (забывания) не и н форм а- ции о случившемся в целом, а только истинного, но неприемлемо- го мотива своего поведения. Вытеснение направлено на то, что раньше~было осознано, хотя бы частйчЩ~а~запрешенным’стало вторично, и..поэ^1йУ7дёр)^»мётся в памятй.» Оно означает,»что в дальнейшем этому побужЖёнйю. хотя оно существует, не позволя»- ется вступать в область сознания (рис. 32).

Условием вытеснения выступает результат сравнения новой информации с идеалом «Я». При неблагоприятном для личности результате такого сравнения некоторые влечения откалываются от единства с другими, задерживаются на пути движения к реализации, то есть на ближайшее время для них исключается воз* можность удовлетворения. Вытеснение как форма переживания,

Рис.32. Вытеснение неблагоприятной трактовки факта обвинителем благоприятной его трактовкой адвокатом. (Из кн.: Бидструп X. Рисунки. М., 1970 )

гсутствующего в сознании, впервые описано 3. Фрейдом [210]. Ис-, лючение мотива данного переживания из сознания .дриводид его забыванию. Причина подобного забывания — намерение збежать неудовольствия, которое вызывается данным воспоми- анием. Ошибки припоминания, как следствие вытеснения, SoF» икают из-за давления внутреннего протеста, изменяющего ход ысли.^Анализируя мате£Жл^тносительно_ которо_го_у человека энаруживается постоянная рассеянность или упорная ^абывчи- эсть, можно увидеть его скрытые побуждения.

Здесь- уместно вспомнить, что бессознательное неподвластно ремени. Событие, ранее вытесненное и через, много лет вновь зеденное в сознание, не теряет своего эмоционального за ряда действует на сознание с прошлой силой. В этом смысле и гоао- ят о непоправимости, некорректиру^мости вытесненного поздней- ;ими переживаниями. Изменение возможно только в сознании, j есть в условиях проторения произвольного доступа к такой «формации. Разрядка напряжения наступает тогда, когда сопельный мыслительный процесс проникает до места, где хра- этся нечто ранее вытесненное и там преодолевает его сопротив- гние.

Поскольку события, вытесненные в бессознательное, сохран я — т эмоциональный энергетический заряд, постольку они постоян— э ищут возможности выхода наружу — пробиваются в сознание, .ля удержания их в бессознательном состоянии требуется нёпре; ывный расход энергии. В то~же времяГкогда вытесненное влече— ие делает попытку.дробиться в_сознание, субъективно это jmyy- [ается как переживание тревоги, беспричинного страха. Таким 5разом,благодаря вытеснению, некоторые влечения не могут быть цовлетворены, но они уносят с собой в подсознание энергетичес- ий заряд, провоцирующий повышение общей эмоциональности и эевожности, которые, в свою очередь, побуждают человека ме- ять логику. В этом случае, под давлением вытеснения, использу- гся особая — аффективная (черно-белая) логика, связанная предпочтением крайних вариантов в оценке действительности, некотором смысле, это проявление общей тенденции: при силь- ом эмоциональном возбуждении человек склонен допускать в со- нание только те представления, которые благоприятствуют его грастям — другие он сразу вытесняет. (В упор не видит и не слы- 1ит, то есть не воспринимает факты, противоречащие чувствам.)

Однако есть шанс частично вернуть вытесненное в сознание. >но может пробиться в сознание при условии, если факт не отри- ается, но отрицается его логичность, то есть правильность отно1 [ения к нему. «Это было, но мы с ним не согласились!» Это способ принять к сведению вытесненное, как (по какой-либо причине) должным образом необоснованное, в свое время неправомерное, а потому тогда и не принятое. В этих условиях содержание вытесненного уже может достигнуть сознания, а его эмоциональное сопровождение, из-за которого произошло вытеснение, нейтрализуется.

Типично вытеснение тягостных сведений, связанных с возникновением «страха смерти. Так, врач-рентгенолог дябп.пр.пя ра^пу

легкого. От нее долго прятали рентгеновские снимки, но потом она их нашла и, будучи специалистом по рентгенодиагностике легочных одухолё^Гс тридцатилетним стажем, воскликнула: «Ну зачем же вы.их от меня прятали? Явная картина пневмосклеро- _за]» [79, с. 84 ]. Другой пример приводит академик Н. А. Амосов [5, с. 269]: «Умирал Федоровс1^й^Академик.Л1адш>1С).в_пр„о&пери- ровал: опухоль оказалась неудалимой, как и предполагали. Конечно. больному сказали, что-всё^дёлано радикально… Й он поверил. Что значит инстинкт жизни! Опухоль явно прощупывалась, рвоты продолжались^ и кахексия нарастала[Га»^онГздравомыслящий профессор, 2^идур,г,..над&ядсял1а^лкзше-.удунжШ1е почти до самого концам Н. П. Бехтерева рассказывает [20, с. 66]: «Я увидела у очень близкого мне человека признаки, как казалось, опасной болезни. Увидела на миг. Не усомнилась в диагнозе и мгновенно забыла то, что увидела. Две недели меня преследовало чувство, что что-то произошло. Тяжелое, страшное. Но что? Эти две недели я была вне контакта с больным. Не вспомнила и встретив его. И только вновь увидев признаки болезни, уже усилившиеся, вспомнила все ». Специфическое забывание при алкоголизме — тоже следствие защиты. Она связана с потребностью социально- психологической адаптации.

Вытеснение может осуществляться не только полностью, но и частично. При неполном — остается невытесненным^отношениё человека к истинному^опШУ^^Зно сохраняется и проникает «в аэзнТшТТё в„1ражф.0рмиро^нном виде, как чувство немотивиро- «ванной тревоги,„сопровождающейся иногда соматиче’ским^я^влё’;» ~н и я м иГ Н а п ри м ер, у ученика, относящегося «с отвр а щен ием к урокам игры на фортепиано, вдруг могут появиться спазмы или Гсудороги в руках. Характерный пример неполного вытеснения приводит Фромм [213]. Писатель обращается к психотерапевту жалоБамй на головные боЛ« и приступы головокружения. Он уже побывал у терапевта, и тот сказал ему, что организм в порядке. Однако самочувствие остается плохим. История такова. За два года до встречи с психотерапевтом писатель перешел на очень привлекательную (с точки зрения денег) работу. С другой сторо-

ны, теперь он обязан был писать вещи, противоречащие его убеждениям. Возник глубинный моральный конфликт, который привел к неполному вытеснению. Писатель потратил огромное количество энергии, пытаясь согласовать свои действия с совестью, изобретал сложные логические конструкции для доказательства того, что эта работа в действительности не затрагивает его интеллектуальной и моральной честности, но неудачно. Нетрудно видеть, что появившиеся недомогания явились симптомом неразрешимого конфликта между тягой к деньгам и престижу, с одной стороны, и моральными ценностями — с другой. Как только писатель избавился от этой работы и вернулся к образу жизни, при котором он мог себя уважать, его состояние улучшилось.

Повышенная тревожность, возникающая в результате неполного вытеснения, может привести либо к новой оценке травмирующей ситуации (и тем самым снимается конфликт), либо к подключению других защитных механизмов.

ПРОЕКЦИЯ

Если человек стал хуже, то все ему хуже кажутся.-у-

Бидструп X. Рисунки. М., 1970.)

м. лермонтов

Проекция — вид психологической защиты, связанный с бессознательным переносом неприемлемых собственных чувств, жела- ний и стремлений на других (рис. 33). Она может быть понята как неосознаваемое отвержение собственных неприемлемых мыслей, установок или желаний и приписывания их другим людям, с целью перекладывания ответственности за то, что происходит внутри.«Я» на окружающий мир. Субъективно проекция переживается как отношение, направленное на Вас от Них. тогда как дело обстоит как раз наоборот. /1ри проекции человек начинает обвинять других_в_том, что они раздражены, в то время как испытывает раздражение сам, заявляет, что его не любят, хотя в действительности разлюбил сам, упрекает других в своих ошибках.

«При реал2^вд.и_.проекцин границы «Я» сдвигаются так, что неприемлемые аспекты своего.«Я» считаются принадлежащими другим. Граница «Я», ощущение которой обычно помогает личности ощущать свою неотождествленность с остальным миром, тередвигается, объем «Я» сжимается и тогда возникает возмож- шсть и вероятность отвергания того, что принадлежит самой лич- юсти. Иногда, наоборот, объем «Я» расширяется и становится юзможен «захват», когда за свое принимается то, что принадлежит другим личностям — это идентификация. Так или иначе, это механизм вторжения одного «Я» в «пространство» другого. В этом смысле проекция — форма защиты, приписывающая, для ослабления чувства вины, собственные пороки и слабости — другим. Смещение границ «Я» дает возможность относиться к внутренним проблемам так, как если бы они происходили снаружи. А если они снаружи, то к ним можно применить способы разрешения проблем, применяемые обычно по отношению к внешним вред- ностям^/

.»Как бы ни был человек неправ, он готов обвинять всех, кроме самого себя. Следы проекции обнаруживаются тогда, когда, стол- кнувшись с собственным неблаговидным поступком, нежелатель^ ным качествомГчеловек частично урезает информацию об этом, не сознавая, чтзта его собственный поступок или качество. Пропуская в дознание ^информацию о существова н ии‘небл а гоп р и ят- TWo» факта как такового. челЬвек меняет gro принадлежность — относит его не к себе,.а. к другому_лицу или объекту, дополняя (йзмёняя)~тём самым-вытесненную часть информации.

Термщ1_<ц1ра£1Ш1Я»_ввел Фрейд [211], понимая ее как приписывание другим людям,того, я чем человек не расположен ие сознаться. Это неявное уподоблений птжятпи» „./-.-.«я — своему внутреннему миру. Доявляясь в раннем детстве,-проекция выступает как наиболее частая форма защиты и у взрослых. Проявление ее — общеизвестны: старая дева возмущается распущен — ностью нравов, злой человек не верит в доброту других людей. «Уподобление окружающих себе нашло отражение во многих пословицах и поговорках: клятвопреступник не верит клятвам; вор каждого подозревает; вор свою дверь запирает и т. д. и т. п. Дони- мание_существа проекции, проясняет, почему приписывание од- «JL’l чедоаеком какихтлибо неблаговидных поступков или свойств другому нередко оборачивается саморазоблачением первого й приводит к понижению для ‘него^второго. ~~ «

Разработанная А. А. Ухтомским теория доминанты позволила ему вскрыть глубинные механизмы проекции. Он описал феномены «Двойника» и «Заслуженного собеседника». «Двойник» (как внутреннее представление о партнере) образуется с помощью проецирования на образ другого человека своих собственных безнравственных качеств, а «Заслуженный собеседник» формируется с помощью идентификации как результат переноса на себя глубокого интереса и уважения к другой личности. Он писал: «Когда люди осуждают других, то тем только обнаруживают своего же таящегося в себе двойника; грязному в мыслях все кажется грязным; завистнику и тайному стяжателю чудятся в других стяжатели; эгоист, именно потому, что он эгоист, объявляет всех принципиальными эгоистами. Нет ничего обычнее, чем самоуверенные, циничные глаза торговца, которыми присматриваются друг к другу соседи: дескать, меня не надуешь, я-то тебя вижу насквозь, ибо ключ к тебе я всегда ношу с собой: это я сам…» [205].

Здесь важно обратить внимание на то, что человек с преобладанием защиты по типу проекции в других видит прежде всего самого себя. При общении с «Двойником» фактически нет собеседников, отличных от него. Обсуждая подобное обеднение внутреннего мира человека, Ф. М. Достоевский отметил, что только тогда, когда человек пробьет себе дорогу через эту скорлупу, зона его интересов и центр тяготения получат возможность сместиться действительно на другое лицо и у него появится истинный собеседник [73]. Из сказанного ясно, что вследствие проекции информация о себе трансформируется таким образом, что не-сам человек враждебно настроен, агрессивен, жаден, а другое лицо по отношению к нему. В общем случае можно сказать, что при этом формируется образ врага, а когда некто повсюду видит врагов, у него включается защитный механизм, позволяющий переложить, спроецировать ответственность за собственные промахи и ошибки на «них».;^ v’-.. ‘.-л:-:;.•■•■’•-■.

Обладая положительной самооценкой, человек^ка^равило, у в ерен в себе ине нуждается Ti «Т1ёпрёрывнб й’дёмонст р ацииосо- бых достоинств своей персоны. У»него нет желания постоянно са- моутвёрждатьсяТГТри низ1Ш~самббц^^чело^ёкхро-

нически недоволен собой, вследствие конфликта^^ждуЗ^елае^- мым и регм»ьным»обр»азам1Г«Я»7 Этот’конфликт запускает механизм п р ое к цй й~й7Те м с а м ы мГвё’д ет’ к формированию установки отрицательного восприятия окружающих. Поэтому низкая самооценка — ключевое звено, повышающее вероятность возникновения проекции, а проекция играет заметную роль в формировании различных предрассудков: сословных, расовых и т. п. Удобный фон для реализации проекции создает алкоголь. На начальных фазах опьянения границы личности как бы размываются, при восприятии снижается различение свойств собеседника и собственных, что как бы временно уравнивает обоих и облегчает проектирование своих качеств на других [31].

Механизм проекции позволяет понять, почему тот, кто помог человеку, испытывает к нему большую симпатию, чем те, у кого не было повода это сделать. В этом случае на другого проецируются положительные качества и поступки, за которые этого другого и начинают любить. С другой стороны, зло, причиненное другому человеку, например, жестокое и несправедливое обращение с ним, снижает привлекательность пострадавшего в глазах обидчика.

ИДЕНТИФИКАЦИЯ

Мы должны отыскать себе достойного мужа, которого мы имели бы всегда перед глазами, чтобы жить, точно он всегда смотрит на нас, и поступать, точно он видит наши поступки.

эпикур

• Идентификация — разновидность проекции, связанная с неосознаваемым отождествлением себя с другим человеком, пере- jjfOgoM» на себа-Жел.аемых чувств и «качеств. Это возвышение себя «до другого путем расширения границы «Я». Идентификация свя- зана с процессом, в котором человек, как бы включив другого в свое «Я.»,-Заимствует, его мысли, чувства и действия, Вообразив себя на месте модели, то есть переместив свое «Я» в этом общем пространстве, он может.испытать состояние сочувствия, соучас- тия, сим патии, то ~ё^ьТюТувствов’ат1ГХр^себя и. те^

самым, глубоко его понять. Фрейд рассматривал идентификацию как самоотождествление человека со значимой личностью, пооб- разцу которой он сознательно или подсознательно старается дей-_ ствовчатъДрис. 34).

Идентификация расширяет «Я^.включ^кон-

крётных~людеи, но в отдельных,.случаях общество, в целом и даже весь мир. Тогда человек может пережить идентификацию ^’«планетарным сознанием», когда Земля воспринимается им как

Рис. 34. Отождествление себя с идеалом для самоутверждения. (Из кн.: Нег- luf Bidstrup. Einfalle und Relnfalle. Berlin, 1957.)

сложный целостный космический организм. Ощущение слияния с миром помогает понять принадлежность «духовного мира» объективной реальности. Возникновение особой формы идентификации — «океанического» чувства отмечад_,еш£^Р£Йд. Он описал это состояние, как момент переживания полного слияния с природой, вселенной — единения, исключающего все возможные различия между «Я» и остальным миром. _В отличие,от. других форм защиты это не перемещение внешних границ_«Я»л ля.формярпаа- ние дополнительных границ внутр и,_а утряся внешних грян^г. В общем случае, граница»«Я>\ помогающая личности ощутить свою нетождественность с остальным миром, смещается-и приводит либо к тому, что отвергается то, что принадлежит нам самим, либо к принятию того, что принадлежит другому человеку или миру в целом. В данном^лучае «Я» и мир неразличимы-Это предельный случаи»]р¥сЖйрйщ1_собствённ»ых.границ.

Развивается идентификация в детских ролевых, играх: дочки- матери, пожарные, космонавты и л\ д.. выступая одним из механизмов самопоз1гшдаувеличивает способность человека ис- пытывать чувства наслаждения, единства и гармонии путем,сопричастности кому-то. Дети идентифицируются с теми, кого больше любят, кого выше ценят, создавая тем самым основу для самоуважения. С ее помощью ребенок усваивает образцы поведения других, значимых для него людей, то есть активно социализируется. Идентификация опосредует принятие женской или мужской роли, позиции взрослого, то есть участвует в формировании «СВЕРХ-Я». Отсюда ясно, как важно, чтобы ребенок имел возможность общаться с такими взрослыми, с которыми он мог бы идентифицироваться, перенося на себя их положительные качества. Тогда он, включая в свой внутренний мир нормы, ценности и установки любимых и уважаемых людей, использует их в дальнейшем как свои собственные. Из этих заимствованных элементов он формирует свой идеал — внутреннее представление о том, каким он хотел бы стать._

/71ля идентификации с кем-то нужна определенная мера сходства с ним, что усиливает чувство симпатии к нему, близости и дает старт процессам отождествления. Вспомним, что обижаемся мы только на того, кого любим. Почему? В этом случае у нас имеются ожидания, установка, то есть мы знаем, как он должен вести себя, если тоже считает себя близким к нам. ^Допустим, обнаруживаются отклонения поведения в неблагоприятную сторону. Тогда возникают отрицательные эмоции как реакция на несоответствие, рассогласование ожидаемого и реального поведения. В основе такого огорчения — желание зайрограммиро-вать поведение близкого человека, ощущаемого как часть самого себя.

Идентификация с героем помогает человеку встать на его точку зрения, принять его способы восприятия окружающего и разделить его представления о приемах разрешения конфликтов. Она дает возможность не столько понять, сколько почувствовать то, что чувствует герой, и, таким образом, научиться интерпретировать свои сходные состояния. Способность восхищаться и любить тех, кто лучше нас, создавать себе идеалы, предрасполагает к идентификации, тем самым формирует чувство собственного достоинства и повышает самоуважение. Самоуважение достигается в этом случае благодаря тому, что человек чувствует себя сопричастным чему-то, что выше, лучше его. Ощущение такой сопричастности помогает преодолеть индивидуальную слабость, беззащитность, ощущение бесцельности своей жизни.

Проекция и идентификация имеют свои ограничения. Граница «Я», помогающая личности ощутить свою нетождественность с остальным миром, может смещаться и приводить либо к тому, что отвергается то, что принадлежит нам сами, либо к принятию того, что принадлежит другому человеку. Однако как исключи- тельная центрированность человека на себеГ^к и полное-уподоб— ление другому, отождествление с «его ценностям и ..ознадаёх’пре- ; f

кращение развития собственной„индивидуальнасти.Только.урав- новешенность этих взаимодополняющих форм защиты способствует гармонии внутреннего мира человека.

ОТЧУЖДЕНИЕ

Множество грехов отпадает, если рядом с колеблющимся стоит свидетель его поступков.

эпикур

Отчуждение — это психологическая защита, связанная с изо- л я Пиёй~обособл ением внутри сознания особых зон7 связанных с травмирующими факторами. При возникновении расщепления, диссоциации личнобтнгмьпшгетгие (по локальным субъективным оценкам) становится отчужденным. При этом некоторые совокупности событий восдрилдлаются по отдельности, а связи между ними не актуализируются и поэтому не анализируются^ Тогда

19^что^(^ходит сегодня, не можетбыт ь_сшоста вл ен о

!■ — I

ч

с тем, что было вчера. Из этого описания видно, что изоляция пЕ£вощщует.Е,а£пад_обычного функционирования сознания: его.

единство дробится. Возникают как бы отдельные обособленные сознания, каждое из котощзццшжетйбладать своим собственным восприятием, памятью, установками. При такой диссоциации психики способность перемещаться из одной изолированной зоны в другую сохраняется, и, находясь в одной из них, человек может наблюдать за самим собой с позиции другой, то есть как бы со стороны. Отчуждение осуществляет защиту личности путем отстранения «Я» ОТ той части личности, кптпряя прпиппирует Hpjipr Е^слмы^ереживания (рис. 35).

Таким образом, психика расщепляется на части, взаимно исключающие друг друга (и поэтому порождающие границы). Но каждая вполне организована внутри себя и имеет свою логику. Каждая представлена множеством проблем, форм внимания к миру и себе, к своему прошлому. Если в данный момент субъект отождествляет себя с одной из этих личностей, то другая может восприниматься как чужая, опасная. Причем, суть опасности состоит в возможном захвате власти над поведением. Крайними проявлениями отчуждения могут явиться состояния деперсонализации, дереализации, галлюцинирования и бреда. При этом неприемлемая информация как бы инкапсулируется в отдельной, актуально действующей части сознания, блокируясь, тем самым, от доступа к остальным зонам сознания: в простейшем случае возникает двуплановость.

В результате отчуждения_связьмежду.травмирующим собы- тием_и его эмоциональной оценкой нарушается. В этом смысле наступает изоляция — отрыв вызывающих беспокойство мыслей и чувственных воспоминаний от их абстрактных или логических аспектов. Неудивительно поэтому, что для отчуждения характерна утрата чувства эмоциональной связи между неприемлемыми событиями и собственными переживаниями по их поводу, хотя реальность этих событий осознается. Возникает некое отделение травмирующей ситуации от связанных с ней душевных переживаний. Все это происходит, но как бы с кем-то другим. В состоянии расщепления сознания одна из частей сознания, которая в норме должна была бы сохранить ощущение тождества личности с протекавшими ранее процессами мысли — уклоняется от этой своей обязанности (ведь в эти временные отрезки функционировала другая часть сознания), теряет большие промежутки времени в прошлом из поля своего зрения,’представляя другие части в неправильном порядке.

Возникновение отчуждения, как следствие избыточной изоляции друг от друга отдельных частей личности, развивается из нормальной способности принятия личностью различных жизненных

Рис.35. Одним из провокаторов отчуждения может выступать возраст и, как следствие, появление новых идеалов.

ролей. Исторически умение выйти за пределы своего «Я» связано со сменой позиции в совместной деятельности. В этом плане ограниченное отчуждение имеет положительный смысл,’помогая постижению нового в его противоречиях. Например, антенна сцене часто бывает существом раздвоенным. Ф. Й. Шаляпин упоминал, что никогда не бывает на сцене один, там всегда два. Щаляпи на. Один играет, другой контролирует [223].

Ощущение свободы также предполагает способность к самоотстранению. Если человек не в силах все время терпеть самого себя, он может от чего-то в себе отмежеваться. Тогда возникает необходимая внутренняя дистанция между приемлемой и неприемлемой частями «Я», «позволяющая занять, в отношении себя или какого-то своего состояния или качества, новую позицию. Из сказанного вытекает, что отчуждение имеет и негативные и позитивные грани. В своей защитной роли оно выступает как внутренняя анестезия, дающая возможность отгородиться от душераздирающих физических и психических страданий. Неоднократно от- мечено, что в момент пыток, ощущения, сильной Роли у человека возникает подчас чувство^некоторого удаления, отстранения от себя вместе с этой~болыо: «Это происходит с моим телом, я hp гп м^рй »

Эффекты» деперсонализации могут 6HTbj^y4eimji_B_3Kcne- риментальных условиях — при сшсорноОепривации. В этих обстоятельствах одиночество и порожденный им дефицит информации провоцируют раздвоение «Я» на два персонажа — действующего и отчужденно наблюдающего. Человек обнаруживает тенденцию выделить из себя партнера по общению и взаимодействовать с ним. Необъяснимый страх, возникающий вследствие длительного одиночества, ищет и находит себе разрешение в общении с вынесенной вовне другой частью собственной личности.

В следственной практике известны ситуации, когда человек, совершившийтяжкое п р ёступл иев состояТГш? Тф фёкт а, не может осознать собственного^ участия в содеянном. Вернувшись из аффекта в нормальное исходное состояние, он не может вспЪм- нить хоть,чтсьнибудь.из.того,.что.делал.в том состоянии, так как мысли этих состояний никак не связаны. Разрыв так глубок, что воспринимается личностью как два разных способа существования. Не отрицая своего присутствия в сцене, например, убийства, человек опознает предметы, с помощью которых оно было совершено, как свои, но, вопреки всякой логике и очевидности и несмотря на вещественные доказательства, утверждает, что не совершал этого поступка, поскольку не переживает его как собственный (вследствие вторжения защиты по типу отчуждения).

• Отчуждение связано с диссоциацией путем отделения одной части личности человека (неприемлемой и травмирующей его) от другой части его же личности, которая вполне его устраивает. Пока существует такое отщепление, достойная часть личности, переживая по поводу поступков недостойной, может отстраниться от нее. Проблема преодоления человеком такой отчужденности и обретения внутреннего единства, гармонии, душевного равновесия от воссоединения с самим собой исторически тесно связана с осознанием своей греховности,, то есть признанием других, отвергаемых частей своей личности. Грех концентрирует в себе страх, вину, стьци отвращение. Сам факт отчуждения Гегель [52] рассматривал как необходимый момент развития, считая, что в акте отчуждения есть положительные элементы: становление самосознания, поляризация добра и зла, возникновение нравственной вменяемости.

Таким образом, если отчуждение остается в границах нормы, то оно расширяет возможности человека, создавая ему условия для осмысления своих поступков: дает возможность взглянуть на себя «со стороны». Подобное отстранение от чего-либо позвЬляет обрести внутреннюю свободу и поддерживать достойный образ жизни. Если же отношение между желаниями человека и возможностью их признания в себе разрываются, то отчуждение становится фактором, нарушающим самосознание..

ЗАМЕЩЕНИЕ

Лучшее облегчение боли в том, чтобы ее выкричать, высказать ее целиком. Только в выражении она осознается, а то. что осознается — потом уходит.

г. гегель

Замещение’— это вид психологической защиты от нестерпимой ситуации, путем переноса реакции с «недоступного» объекта на другой — «доступный» или замены неприемлемого действия на приемлемое. За счет такого переноса происходит разрядка напряжения, созданного неудовлетворенной потребностью. Разумеется, замена должна быть достаточно близкой к первично желаемому. Механизм замещения оказывается эффективным тогда, когда замещающая реакция, хотя бы отчасти, разрешает проблемы недостижимой. Итак, существо защиты по типу замещения связано с переадресацией реакции (рис. 36).

Если желаемый путь реагирования оказывается закрытым, то нечто, связанное с исполнением нашего желания, ищет другой выход. Тогда можно наблюдать специфические реакции разрядки: «плюнуть с досады», «топнуть ногой», «ударить кулаком по столу»… Так же эффективно смещение агрессии на «козла отпущения». Все заменители служат отведению возбуждения, неспособного найти нормальный выход на исполнительную систему другим путем. Однако способность человека переориентировать свои поступки с лично недопустимых на допустимые или с социально неодобряемых на одобряемые — ограничена. Ограничение определяется тем, что наибольшее удовлетворение от действия, замещающего желаемое, возникает у человека тогда, когда близки их мотивы, то есть они размещены на соседних или близких уровнях его (иерархически организованной) мотивационной системы.

Чувства неуверенности, бессилия, беспомощности, возникающие от невозможности реализовать желаемое, могут обернуться стремлением к разрушению. В стрессовых ситуациях, в обстановке кризиса подобные агрессивные формы «замещения» учащаются. Характер поступка при замещении часто совершенно случаен, так как для человека важно лишь то, чтобы действие было способно обеспечить ему определенную «разрядку» в ситуации ущемления его интересов. Уже задним числом он будет трактовать эти поступки как проявление собственной храбрости, независимости и других положительных качеств. Важно отметить, что. объектом разрушительных тенденций может стать и сам человек. Наконец, кроме агрессии и автоагрессии, замещение может иметь вид «ухода из поля», например, в работу, в религию и т. п.

Частичное замещение может проявляться в обращении к новым ценностям. Нередки мужчины, испытывающие к своей автомашине большую нежность, чем к своей жене. Такой владелец машины гордится ею, ухаживает, моет, дает ласковое имя, внимательно следит за ее состоянием и тревожится при малейших при-

Рис. 36. Перенос агрессии с недоступных объектов на доступные. (Из кн.: Бидструп X. Рисунки. М., 1970.), ‘

знаках нарушений. Это, несомненно, объект любви. Жизнь: без машины представляется для подобных владельцев более невыносимой, чем жизнь без женщины.

Замещение более эффективно (внутреннее напряжение лучше разряжается), если с его помощью удалось, хотя бы частично, достичь исходной цели. Например, при невозможности побить обидчика возникает стремление оскорбить его. Характерна также инверсия, когда, несмотря на приложенные усилия, достичь желаемого не удалось или не получен вожделенный результат, человек, стремясь хоть как-то разрядить накопившееся напряжение, начинает исступленно ругать то, к чему он только что страстно стремился. Другой распространенный способ замещения наблюдается, когда, исчерпав аргументацию в споре, человек приходит в ярость и срывается на крик. .

Если невозможно не только побить или обругать обидчика, но даже как-либо обнаружить свое негативное отношение к нему, то напряжение разряжается заменой мишени: человек направляет свою агрессию на другого человека или предмет. При прочих равных условиях, замещение одного действия другим — эффектнее, чем замещение действия словом. Тем не менее, стандартной формой замещения грубой силы, нацеленной на наказание или оскорбление действием, служат брань и словесные оскорбления. Они используются как предохранительные клапаны для выхода переполняющих человека чувств, предотвращая физическое воздействие. Показано, что у человека, привыкшего решать свои проблемы с помощью грубой силы, запас скверных слов существенно меньше, чем у человека не склонного к дракам. «Человек, которому наступили на мозоль, либо ударит вас, либо обругает. Одновременное обращение и к тому, и к другому происходит редко… Так что верно мнение, что тот, кто первым на свете обругал своего соплеменника, вместо того, чтобы, не говоря худого слова, раскроить ему череп, тем самым заложил основы нашей цивилизации.» [235, с. 314].



Замещение может реализоваться не только переходом на другой объект или к другому действию, например брани, но и переводом их в иной план — из реального мира в мир утешительных фантазий. Человек творит и охраняет свой внутренний мир и когда не может реализовать себя во внешних событиях, то уходит в события внутренние, осуществляя себя в них. Всякий раз, когда действительность разочаровывает нас или угрожает нам, мы пытаемся вернуться в страну фантазий, где можно достичь того, чего, как думает человек, он не может добиться в реальной жизни. В этой стране, где фантазии замещают реальность, преодолеваются горечь страданий и ощущение неполноценности. В фантазии любая мечта —свершившийся факт: ничто не мешает нам там быть где угодно и кем угодно.

Иногда фантазии могут быть опасными. Например, ребенок, родившийся после смерти родного брата или сестры, в психике матери оказывается иногда «заменой» умершего и жизнь его может стать очень трудной, если мать не оплакала первенца, не рассталась с ним. В подобных случаях родители умершего-ребенка активно формировали деструктивные фантазии, стремясь заместить нежелательную реальность — другой, более желательной. Так, Винсент Ван Гог, родившийся через год после смерти первенца (тоже Винсента), оказался в этой роли. В его семье запрещено было говорить о смерти брата… Свои эксцентрические выходки, непонятные окружающим поступки Сальвадор Дали прямо объяснял желанием создать дистанцию с умершим до его рождения братом (тоже Сальвадором), чтобы их не путали.

Если стоящая перед человеком задача слишком трудна и он не может сохранить поведение, пристойное для взрослого, он заменяет его низшими, детскими формами — эгоистическими и безответственными, когда допустимы и капризы, и истерики. Известный психолог Жане обратил внимание на то, что человек откатывается к ранним, низшим формам поведения, когда не выдерживает напряжения, которого от него требуют высшие, взрослые формы поведения. Появляющиеся детские и незрелые формы демонстративны и призваны замаскировать, заместить, отодвинуть поведение, которое человек не хочет принять и осуществить [207].

Особую роль в структурах замещения исполняют ритуалы и навязчивые действия как непроизвольная реакция, позволяющая человеку удовлетворить запретное, бессознательное желание. Формы замещения изощренны и многообразны, и мы описали только некоторые из них, наиболее часто встречающиеся. Опишем более подробно одну из них, имеющую и самостоятельное значение.

СНОВИДЕНИЕ

Для бодрствующих существует единый, всеобщий космос. Из спящих же — каждый отвращается в свой собственный. — ьгераклит

Сновидение — вид замещения, где происходит переориентация — перенос недоступного действия в иной план: из реального мира в мир сновидений. Действия, обладающие замещающим характером, разворачиваются в сюжете сновидений. Они конструируются в процессе контакта человека со своим прошлым. Специфика замещения в сновидении в том, что события в нем не связаны требованиями реальности: времени, пространства, силы тяжести, необратимости явлений, смертью. Задача сновидения показать сложные чувства в картинках и дать человеку возможность пережить их, осуществляя замещение реальных ситуаций. Однако чувства прямо изображены быть не могут. Зрительно представимо только действие, отображающее это чувство. Невозможно изобразить страх, но можно, например, такое выражение страха, как — бегство. Затруднительно показать чувство любви, но демонстрация сближения и ласки — достижима (рис.37).

К работе сновидения опюсится превращение понятий, не зрительных по своей природе, в динамику зрительных образов. Исполнение желаний, не удовлетворенных в бодрствовании, в сновидениях имеет явную форму и скрытое за ним содержание. Мысль, которую человек додумать до конца не может, боясь допустить ее в сознание, часто приходит ему во сне, воплощаясь

Рис.37. Пример универсального символа сновидений. (Из кн.: Бидструп X.

Рисунки. М., 1970.)

в образы. Это становится возможным, поскольку во сне цензура ослаблена, а подсознание продолжает свою работу, сводя воедино намеки, неосознанные ощущения и представления. Поэтому Фрейд [208] считал, что изучение сновидений — это «королевская дорога» в бессознательное. Видящий сновидение вовлечен в ситуацию, он действующее лицо и активно ее переживает. Понятно, что суть ситуации ясна ему и без слов. Это трансляция понятий и эмоций в образы сновидения служит сокрытию истинного смысла мотивов и превращения скрытых желаний путем зашифрования в невинный по своему содержанию сюжет, с целью обхода цензуры.

Обратимся к классическим примерам Библии. Сон Иосифа: «Вот, мы вяжем снопы среди поля; и вот, мой сноп встал, и стал прямо; и вот, ваши снопы стали кругом и поклонились моему снопу » «И сказали ему братья его: неужели ты будешь царствовать над нами?» [Бытие, 37:7,8] Сон Навуходоносора, истолкованный Даниилом [Дан. 2:31—34]: «Вот, какой-то большой истукан; огромный был этот истукан, в чрезвычайном блеске стоял он пред тобой, и страшен был вид его. У этого истукана голова была из чистого золота, грудь его и руки его — из серебра, чрево его и бедра его — медные, голени его железные, ноги его частью железные, частью глиняные. Ты видел его, доколе камень не оторвался от горы без содействия рук, ударил в истукана, в железные и глиняные ноги его, и разбил их,». Даниил предсказал падение царства Навуходоносора, вследствие постепенного дробления его на мелкие части. Уже на этих примерах очевидна символичность сновидений.

Пояснение особенностей этого типа защиты продолжим на ситуациях обыденных. Однажды 34-летняя женщина увидела во сне, что она убила мужа и дочь большим ножом. С этого дня, стоило ей увидеть нож, как ее охватывал ужас, начинались приступы тоски и даже обмороки. Лишь во сне она увидела, а наяву осознала глубину своего конфликта с мужем и дочерью. Известно, что лица с ориентацией на социальный успех реализуют в сновидениях достижение желаемого поведения. Тяжелобольные видят сюжеты выздоровления. Острое состояние голода вызывает сны, связанные с употреблением пищи. Во время сна цензура ослабляется, и из подсознания в ткань сновидений пробиваются истинные влечения и мотивы, вплетая в сюжет соответствующие образы. Важно подчеркнуть, что реализация в сновидениях осознаваемых и неосознанных желаний — это истинное замещение, поскольку переживания, сопровождающие сновидения, могут приводить к нормализации состояния во время бодрствования.

Наиболее отчетливо разрядка возникшего напряжения и его переориентация обнаруживается в сновидениях детей. Вот пример из коллекции Фрейда. Мальчик двух лет подарил любимому дяде корзину вишен. Вишни были очень вкусные, но он успел съесть из корзины лишь немного, о чем, видимо, очень жалел. Утром он проснулся с радостным сообщением: «Герман (это он сам) съел все вишни!» [208].

Анализируя сновидения, Фрейд разделил их на три группы. К первой он отнес сновидения, где вытесненные желания появляются в незамаскированном виде. Такие сны типичны для детей (корзина с вишнями). Во вторую он включил сновидения с дефицитом маскировки, проявляющимся и в фабуле сна, и в ощущениях страха перед разоблачением, который может сохраняться и после пробуждения. В третью,группу вошли сны, где вытесненные желания хотя и обнаруживаются в фабуле сновидения, но в замаскированном виде. Примером проявления недостаточно замаскированного неудовлетворенного желания может явиться ситуация, красочно описанная в рассказе М. М. Коцюбинского «Сон». «Что-то мутное оседало на сердце. Это начиналось дома, а заканчивалось здесь, в бесцветной городской скуке, словно длинная ржавая цепь… По утрам он… выслушивал женины сны, прозаичные и скучные, как действительность, наскоро пил чай за столом, покрытым крошками хлеба, со следами мокрых стаканов и посудой, оставшейся там еще от ужина, и спешил на службу, провожаемый нечесаной женой в старом халате. И так день за днем. И вот однажды он увидел сон о далекой, почти экзотической прекрасной стране, где встретил чуткую к красоте женщину, без слов понимавшую его тоску по прекрасному.»

Подобные «непосредственные» сновидения возникают у человека и в ситуации сенсорной недостаточности. Вот пример из книги космонавта В. И. Лебедева [118]: «Необычность наших условий жизни сказывается на всем, даже на снах», — записал в дневнике А. Бложко. «На днях, когда обострились наши отношения с Германом, мне приснилось, будто в термокамеру входит Виктор Потапов и заменяет его.» В другой раз я ясно видел, как мы выбираемся из термокамеры на крышу, покрытую снегом. Сны здесь воспринимаются по-другому: во сне можно покинуть эти серые стены, повидать близких, вообще, узнать что-либо новое ».

Средствами маскировки истинного желания в сновидениях служат специальные операции: сгущение, смещение и символизация.

Сгущение — это объединение, слияние нескольких желаний в единую сцену, целостный образ. Например, Анна Каренина, героиня романа Л. Н. Толстого, почти каждую ночь видела один и тот же сон. Ей снилось, что оба вместе (Каренин и Вронский) были ее мужьями, и они расточали ей свои ласки. Каренин плакал, целуя ее руки, и говбрил о том, что ему теперь хорошо. Вронский был тут же, и тоже ее муж. Она удивлялась тому, что прежде казалось ей невозможным, объясняла им, смеясь, что это гораздо проще и что оба теперь довольны и счастливы. Л. Н. Толстой [197] показывает здесь, как несовместимые желания Анны — жить в семье, сохранив сына, и жить с любимым, породившие, у, нее душевный конфликт, — слились в общей сцене. Причиной подобного сгущения послужила защита, создавшая возможность разрядить душевное напряжение.

Смещение — замена в сновидении желания или объекта, которые не пропускаются цензурой, на другие, ассоциативно связанные с маскируемыми, менее тревожные и потому пропускаемые цензурой. Так, во сне нечто может смещаться и переноситься на другие персонажи, или от самой вещи к фетишу, или от одной части объекта к другой. Нередко первое время после смерти матери возникает конфликт между страстным желанием увидеть ее, хоть во сне, и травмирующими переживаниями по поводу ее смерти. Этот конфликт разрешается в сновидении с помощью смещения: появляется не сам образ матери, а какая-либо из любимых ее вещей или что-либо другое, связанное с ней по ассоциации.

Символизация — в сновидении связана с использованием особых форм маскировки. Фромм [213] выделяет три типа символов: случайные, условные и универсальные. Условные опосредованы социально. Они возникли как результат соглашения, и для них характерно отсутствие глубинной связи между самим символом и тем, что он обозначает. Случайные символы субъективно связаны с какой-либо ситуацией, важной лишь для данного лица. Универсальные — характеризуются глубинной объективной близостью символа с предметами и явлениями, которые он обозначает, и в этом смысле они общие для всех людей.

Приведем пример универсального символа, использованного в «Преступлении и наказании» Ф. М. Достоевского. Раскольников, терзаемый своими сомнениями в праве убить старуху-процентщицу, видит сон: пьяные мужики нещадно бьют слабую лошаденку, впряженную в тяжелый, сверх меры нагруженный воз. Он — ребенок — бросается к ним, умоляет не мучить лошадку, но в ответ мучители только смеются и еще яростнее избивают лошадь. В конце концов она падает и издыхает под ударами. Проснувшись, Раскольников задает себе вопрос: зачем он сам себя истязает? Образ истязаемой лошади он сразу воспринимает как символ своей души. Его совесть — та же несчастная лошадь, которую он обрек на непосильное бремя. Здесь можно отметить, что конь, как символ души, универсален для многих мифов и сказок.

Когда у человека возникают внутренние трудности, он ищет выход из положения — пытается организовать деятельность, направленную на реальное изменение переживаемой ситуации. Если это не удается, включается одиет из видов защиты, желаемое замещается символами сновидения, и, тем самым, до некоторой степени облегчается бремя психической перегрузки.

КАТАРСИС

Искусство есть необходимый разряд нервной энергии и сложный прием уравно- гвешивания организма и среды в критичес

кие мцяуты нашего поведения.

л.выготский

Катарсис — психологическая защита, связанная с таким изменением ценносте й, которое прйводйтТГослаблению влияния травг мирующего фактора (рис. 38). Для этого в качестве посредника иногда привлекаетсянекая’ внешняя глобальная система ценнос- тёиГпо «сравнен»йю~с которой травмирующая человека ситуация теряет в~своёй~»значимости. Структура ценностей человека очень устойчива_и инерционна. Поэтому изменения в ней могут^происходить только в’процессе значительных эмоциональных напряжений,»накалё» страстей. Так, переживание сильного страна иногда «^бсобствует^равственному перерождению, пробуждению совести, бла год а р я котор о м у ri р бйсходйт ^духовное обновление. Тогда у человека. ВДРУГ изменяется структура установок и. появляется решимость действоватьв н¥во1^¥апвй»вленйи^Аналогичное по силе и результатам воздействие может произвести любовь: Недаром говорят, что любовь — это землетрясение души. Она наделяет человека новой жизненной «позицией, преобразуя всю шкалу его критериев и ценностей.

Для катарсиса ключевым „моментом является усиление эмоций. Психическая травма, может сгореть в мощных, драматических, болезненных и «шоковых» переживаниях. Потрясение приводит к духовному обновлению, глубокой трансформации внутреннего мира. Очистительная роль страданий в том, что в них сгорает вина, а вместе с ней зависимость и агрессивность. Человек обретает свободу в восприятии мира и открывается для духовного роста. Так, например, эмоциональное отношение к произведению искусства, к герою драмы или трагедии непроизвольно актуализирует аналогичные житейские ситуации Из личного опыта зрите-

Рис. 38. Изменение шкалы ценностей под влиянием эмоционального потрясения. (Из кн.: Бидструп X. Рисунки. М., 1970.)

ля, усиливая сопереживание. Сочувствуя персонажам картины, пьесы, человек одновременно переживает собственное важное, болезненное и тревожащее событие. В этом сопереживании он иногда испытывает такое горе, страх и даже ужас, что в кипении всех этих эмоций реализуется катарсис, преодолевается душевный конфликт и его собственное психическое состояние нормализуется.

Воздействие театра через механизм катарсиса ярко описал Шиллер [228, с. 223]: «Театр развертывает перед нами разнообразную природу человеческих страданий. Он искусственно вводит нас в сферу чужих бедствий и за мгновенное страдание награждает нас роскошным приростом мужества и опыта… Все то, что чувствует наша душа в виде смутных, неясных ощущений, преподносит нам в громких словах и ярких образах, сила которых поражает нас. Искусство «оказывает нравственное действие не только потому, что доставляет наслаждение, но и потому, что наслаждение, доставляемое искусством, служит само путем к нравственности.» Оно обнажает, вычленяет, заостряет противоречия и ставит задачи в такой формё, которая позволяет человеку са- остоятельно. прийти к их решению в контексте собственной жизни.

Переживание мощного творчёскоговдохновения для любого художника есть, в сущности, катарсис, при котором он очищается

II Грановская от душевных конфликтов, возвышается над собой, над своими предрассудками, становится способным преодолеть субъективность. Поэтому искусство реализует особые формы общественного сознания, достигая социально значимых целей — не познавательных, как наука, а направленных непосредственно на нравственное преобразование и совершенствование личности.

Человек особенно близок к пониманию истинных ценностей в тот период^ когда рискует лишиться их полностью. Тогда страх столь значимой потери ломает и перестраивает многие прежние установки и к миру, и к самому себе, устанавливая новую систему ценностей. Одна из пациенток Московского кризисного стационара так описывает свои впечатления. «После суицида у меня произошла переоценка событий. За короткий срок я переосмыслила ситуацию, которую считала трагически неразрешимой ». В «Исповеди» Л. Н. Толстого показано, что выход человека из кризиса всегда связан с обретением им другого места в жизни, новых духовных ценностей^

В катарсисе достигается такой выброс эмоционального напряжения (на грани с аффектом), что в результате мощного чувственного потрясения человек приходит в состояние, в котором он оказывается способным произвести замену своих базовых критериев. Старые как бы сгорают в пламени страсти. |Сристотель, который ввел термин «катарсис», считал, что это процесс очищения человека от дурных эмоций, аффектов посредством воздействия на самые социально развитые переживания — страх и сострадание.

Фрейд рассматривал катарсис через призму любви и веры. Состояние психики истинно верующего человека (как и преданно любящего) таково, что меняются ведущие мотивы и установки. Воля к самоутверждению и желание настоять на своем сменяются готовностью к смирению, к тому, чтобы раствориться во Всевышнем, Любимом. В этом состоянии резко меняется шкала ценностей. Прибежищем безопасности человека становится то, чего он раньше боялся больше всего. Наступает счастливое отдохновение, достижение новой свободы как завершение борьбы^

СУБЛИМАЦИЯ

Кто не может достичь того, чего хочет, пусть хочет того, на что он способен. ~ леонардо давинчи

[Сублимация — это защита путем перевода сексуальной или агрессивной энергии человека, избыточной с точки зрения личностных и социальных норм, в другое русло, в приемлемое и поощряемое обществом — творчество (рис.39). В этом процессе антисоциальные импульсы как бы меняют свое направление без внутреннего конфликта. Это наиболее адаптивная из рассмотренных форм защита, поскольку не только снижает чувство тревоги, но и приводит к социально одобряемому результату. Здесь, однако, замещается не сам объект (с неприемлемого — на приемлемый), а способ взаимодействия с ним.

И*

Способность большинства людей отвлекаться от первоначальной цели и находить удовлетворение в ином, допустимом с социальной точки зрения, то есть сублимировать свои влечения, — ограничена] Сублимация часто связана с десексуализацией, то есть перекачкой избытка сексуальной энергии в увлечения художест-

Рис. 39. Переориентация реакции с неприемлемой — агрессии — на приемлемую — сочувствие. (Из кн.: Бидструп X. Рисунки. М., 1970.) :

венной или научной деятельностью. Так, например рисование может вЬ},студагь как одна из форм сублимаций. Оно позволяет отреагировать инстинктивные импульсы (ТГсексуальные, и агрессивные) и снижает опасность их внешних проявлений в социально опасной сфере. Многие освобождаются от устрашающих образов после их изображения. Нарисовать свои фантазии подчас легче, чем рассказать о них. Рисунок объективизирует внутренний конфликт и создает возможность через него контактировать с окружающими. В рисунке травмирующие переживания могут быть представлены без переживания чувства вины. Это, кстати, объясняет, почему рисование помогает при наркомании, заикании, афазиях и т. п.

В общем случае сублимация — процесс, ведущий к переориентации реагирования с низших, рефлекторных форм на высшие, произвольно управляемые и способствующие разрядке энергии инстинктов в иных (неинстйнктивных) формах поведения. Она включает (в отличие от замещения) перемещение энергии не содногообъекта на^ругои, а соднойцели на друтую,, существен — но более далекую, которое со п р ов_ожда етсд. т р а н сф.о р.м а дней эмо- ций,__На этом пути, благодаря исключительной силе сексуальных побуждений, открывается выход заключенной в них энергии в области, сопутствующие объекту влечения и приводящие к значительному повышению психической работоспособности в личном творчестве.

Однако существенное подавление реальной половой жизни или естественной (нормальной) агрессии не создает благоприятных условий для сублимирования стремлений, так как в этом случае активность и способность к эффективным решениям начинает слабеть. Половое влечение особенно пригодно для сублимации, поскольку оно приспособлено для замещения своей ближайшей цели на другую (в том числе и не сексуальную). Важно обратить внимание на то, что когда нечто, например, сексуальная любознательность, сублимируется в стремление к познанию вообще, то таким способом она избегает вытеснения. Если образование идеала «Я» повышает его требования и тем провоцирует вытеснение, то сублимация позволяет реализовывать эти неприемлемые устремления и обойтись без вытеснения^

♦ * *

Заканчивая анализ различных видов защиты, надо подчеркнуть, что не все они уравновешивают человека с сами собой за счет отвергания, полностью или частично, неприемлемой новой информации. Некоторые из них (идентификация, катарсис и сублимация) способствуют включению части этой новой информации в собственную систему ценностей, модифицируют модель мира и, таким образом, исключают.возможный конфликт между «хочу» и «могу».

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАЩИТА У ДЕТЕЙ

Усилия взрослых направлены, в сущности. на то, чтобы сделать удобным для себя своего ребенка.

я.корчак

К

аждый защитный механизм формируется вначале для овладения конкретными инстинктивными побуждениями и связан, таким образом, с определенной фазой индивидуального развития. У маленьких детей, до того как сформируется полноценная система психологической защиты, реакция на неприятные переживания — автоматическая, а именно, физиологический уход от раздражителя. У некоторых детей вторжение начинающей возникать психологической защиты чаще обнаруживается в период бодрствования, а у других она проявляется по преимуществу во время сна. Есть среди них надоедливые, но крепко спящие всю ночь, а есть кроткие, но страдающие ночными кошмарами и недержанием мочи (рис. 40).

Из защитных реакций, отмеченных у детей и подростков, наиболее типичны, как считает А. Е. Личко: пассивный протест, оппозиция, имитация, эмансипация, компенсация и изоляция..

Пассивный протест — это самая ранняя форма защитного поведения. Она проявляется в отстранении от общения даже с близкими людьми, от пищи, от игр. Такая реакция чаще всего возникает у ребенка, если его внезапно оторвали от матери, семьи, привычной группы сверстников. Обычно пассивный протест обнаруживается в так называемом синдроме госпитализма. В этом случае ребенок старается, по возможности, уклониться от любых внешних воздействий. Поза лежа, лицом к стене является при таких состояниях достаточно типичной. Подобно другим защитным формам — «поведенческий уход» является бессознательным защитным механизмом. Ребенок, потребности которого в ласке, эмоциональных контактах постоянно не удовлетворяются, постепенно становится аутичным. Внешне это обнаруживается в немотивированном отказе от выполнения требуемых действий.

Рис. 40. Удобства для себя, а не защита интересов ребенка. (Уборка. — Из.кн.: Бидструп X. Рисунки. М., 1970.)

Переживая смерть родителей, дети используют этот защитный механизм в форме отвергания смерти — даже если имеют о ней представление. Могущество детей — вера в то, что будущее окажется благополучным. Если надежды нет, то ребенок останавливается в своем развитии и может даже регрессировать к без- эпасному прошлому или ранним фантазиям всесилия. Нормальная, своевременная зрелость, способность стать самим собой предполагает, что благодаря достаточно теплым отношениям матери и других близких ребенрк смог уверовать в безопасное окружение. Обнаружено, что нередко отсутствие истинной теплоты к малышу маскируется родителями особым вниманием к «интересам ребенка», гиперопекой, приверженностью к различным воспитательным теориям, самопожертвованием.

Оппозиция — это форма активного протеста против норм и требований взрослых. Когда родители или воспитатели предъявляют к ребенку чрезмерные требования, они провоцируют оппозицию. Частые претензии, непосильная нагрузка (несоизмеримая с реальными возможностями ребенка) порождают у него внутреннее напряжение. Например, широко распространено представление, что дети обнаруживают любовь к своим родителям раньше, чем к другим людям. Однако как показали исследования психологов, это иллюзия. Обычно ребенок впервые ипытывает любовь к сверстнику, а не к родителям. Это происходит потому, что для ребенка младшего возраста отец и мать — больше объекты зависимости и страха, чем любви, которая по своей природе основана на равенстве и независимости. Любовь к родителям (если отделить ее от нежной привязанности), обычно развивается в более позднем возрасте. Тем не менее многие родители не желают принять эту реальность и реагируют на нее, либо открыто отвергая эту первую детскую настоящую любовную привязанность, либо даже в более жесткой форме — высмеивая. Их осознанная или неосознанная ревность является одним из наиболее сильных стимулов возникновения оппозиции.

Другим примером может служить жестокая авторитарная требовательность отца. Во всех патриархальных обществах отношения сына к отцу, с одной стороны, отношения подчинения, а с другой — бунта, то есть содержат в себе постоянный элемент разрыва. Не удивительно, что они могут вызвать враждебность, которая быстро подавляется, поскольку это отец, и обнаруживается в виде нарастающего страха перед ним, приводя либо к приниженной подчиненности, либо выливаясь в бунт против жизни вообще. Нельзя упускать из виду, что в детстве эмоции нередко носят амбивалентный характер. Такая детская амбивалентность в дальнейшем переносится на отношение к окружающим. Любовь к отцу трансформируется в идентификацию с лидером, а враждебность к нему — в проективную агрессию по отношению к власти. Вырастая, такой человек обнаруживает к власти двойственное отношение: ненавидит ее, восстает и, в то же время, восхищается и подчиняется.

Если при рождении брата или сестры родители не догадались должным образом распределить между детьми внимание и ласку, то у старшего может возникнуть ощущение покинутости и чувство одиночества, которое нередко преследует его всю последующую жизнь. Возникающее чувство неуверенности дети обычно стараются заглушить демонстрацией чрезмерной решительности. Тогда их поведение, с позиции взрослых, становится необъяснимым, хотя на самом деле это поведение есть реакция на недостаток любви со стороны близких и призыв вернуть ее. Оппозиция всегда активизируется при утрате или снижении внимания со стороны близких. Такая ситуация возникает не только при рождении второго ребенка, но и вследствие появления отчима. В этих обстоятельствах оппозиция нацелена на то, чтобы с ее помощью вернуть внимание близких. Тогда ребенок представляется больным, прогуливает занятия, бежит из дома.’У подростков эта реакция может манифестировать в непонятных кражах, демонстративном интересе к алкоголю, наркотикам, суицидных демонстрациях, самооговорах, распутстве. Все это разнообразные сигналы родным — требование экстренного внимания, заботы и любви. Если этот призыв неэффективен, то наблюдается уход в другой мир — мир других ценностей, мир фантазий и молодежного китча.

В определенный момент своего развития «Я» получает способность преодолевать неудовольствие и уходить в оппозицию с помощью фантазии. Совершенно очевидно, что все это разнообразные способы, формирующие в дальнейшем замещение. А пока это ранняя форма замещения, которая выступает как инструмент привлечения к себе утраченного внимания. «Скорее обратите на меня внимание, иначе я пропаду!» Иногда оппозиция обнаруживается и в форме психической регрессии. Так, в семье, где родился еще один ребенок, старший начинает капризничать и дурачиться как маленький, подсознательно полагая, что за это и любят малыша ззрослые и пытаясь тем же способом добиться того же результата. Суть взаимодействия с родителями сводится к проблеме: ка- (им быть, чтобы,они любили, и как добиться победы над одним из юдителей в борьбе за любовь другого? Опасения, что не удастся )еализовать родительские ожидания, рождают напряжение, пре- фащающееся в мечты о необыкновенных успехах, которые в действительности достичь невозможно. Тогда дети находят путь : своей неуязвимости с помощью глупости или болезни. Отказ от чебы и болезнь — замена открытого и требующего мужества толкновения с родителями и учениками.

Имитация — это реакция, выражающаяся в стремлении во сем подражать определенному лицу, любимому человеку, герою.

У взрослого подражание избирательно. Он выделяет у другого только понравившуюся черту и способен подражать отдельно этому качеству, не распространяя свою положительную,реакцию на. все остальные качества этого человека. Соответственно и эмоциональное отношение к предмету подражания у взрослого более сдержанное, чем у ребенка. У детей — это глобальное приятие или отрицание. Целостная имитация — это ранняя, форма идентифи: кации со.взрослым.: ■;д ;; . • ч

Эмансипация — это борьба детей за самоутверждение, самостоятельность, свободу и даже за имущественные права. В общем, это высвобождение из-под контроля и покровительства взрослых. Похоже, что, вырабатывая приемы эмансипации, ребенок отрабатывает с их помощью проецирование на себя способов поведения и черт характера взрослых, перенимая их права и возможности.

Компенсация — это реакция, с помощью которой ребенок стремится восполнить и объяснить себе слабость и неудачливость в одной области успехами в другой. Например, хилый подросток утешает себя тем, что «зато» он отлично учится, а плохой ученик —тем, что он «зато» побеждает в драках. Иногда незрелые формы психологической защиты сохраняются и у взрослых людей. Например Дон Жуан — представитель ярко выраженной компенсации: ему необходимо непрерывно доказывать свою .мужественность в сексе, потому что он из-за своего характера не уверен в своей мужской доблести.

Как известно, подростки с отклонениями в физическом развитии особенно страдают в коллективе от издевательств и насилия. Их дразнят: «Дядя —достань воробушка», «жиртрест», «очкарик», «прыщ», «конопуха», «рыжий» и т. п. Вместе с оскорбительными кличками, за счет генерализации детского сравнения, этим детям приписывается много других отрицательных черт. Как результат погружения (интериоризации) угнетающих внешних оценок у них постепенно формируется общее негативное отношение к себе, и как следствие, назревает душевный конфликт. Ощущая внутренний конфликт, эти дети стремятся, прежде всего, компенсироваться в семье. (Здесь ощутить повышенное уважение и любовь.) Если эффект усилий ребенка не удовлетворяет, когда он чувствует, что не может сказать, что «зато его больше всех любит мама, папа, дедушка и бабушка», то возникает особое поведение. Оно обнаруживается в чрезмерной самоуверенности, дерзости, неестественности, которая бросается в глаза. Чем больше скрывает •ребенок недовольство своим окружением, семьей, тем больше проецирует его на внешний мир, приобретая убеждение о том, что мир враждебен и страшен. Если ни в семье, ни в школе компенса?

ция не реализуется — возникает бунт! Тогда и поступают непрерывные жалобы на наглое, грубое, резкое поведение ребенка в школе и дома.

Люди, в детстве страдавшие либо реальными физическими недостатками, либо особенностями чисто психологического свойства, воспринимавшимися ими как недостатки (малый или слишком большой рост), прилагают удвоенные усилия, чтобы компенсировать этот дефект развитием тех или иных.черт характера, способностей и умений, и это не только им удается, но и нередко приводит к выдающемуся развитию тех или иных способностей.

Борясь с низкой оценкой своих достоинств окружающими, такой ребенок, как умеет, приписывает себе,качества, повышающие его чувство собственного достоинства, уверенности в себе, что, с позиции взрослых, и квалифицируется как грубость и наглость. Ощущение собственной непривлекательности, зафиксировавшееся в детском или подростковом возрасте, может привести к стойкому представлению о своей неполноценности, ущербности и порождает в характере замкнутость, робость, эгоцентризм или враждебность к окружающим. Компенсация особенно легко реализуется ребенком эгоцентричным при беззаботном поведении окружающих его взрослых. Такой ребенок непрерывно требует признания своих достоинств и находится в постоянном конфликте с родителями и воспитателями.

Однако не только недостатки или несвоевременность физического развития, отмечаемые сверстниками и взрослыми, порождают отклонения в характере. Ранняя привлекательность ребенка тоже чревата последствиями. Так, обворожительная девочка, с детства всех легко завоевывавшая, став старше, не двигается с места, ожидая, что все самое лучшее само придет к ней, ради ее физической прелести. У нее образуется стойкий акцент на своем теле, и поэтому она интеллектуально плохо развивается. Старея, теряя привлекательность, она удивляется и страдает, тяжело переживая охлаждение отношения к себе окружающих людей и впадает в депрессию, воспринимая изменение ситуации как поражение.

По мере взросления у ребенка постепенно обнаруживаются отдельные эпизоды вытеснения. Так, провинившийся ребенок, для которого воспоминание о некотором событии неприятно, но из-за бестактных вопросов взрослых вынужденный вспоминать о нем, начинает заменять реальные факты вымышленными, описывающими событие так, как оно должно было развиваться согласно желаниям ребенка. По той же причине дети с физическими особенностями, например, тучные, выполняя тест «Рисунок человека», обычно не прорисовывают фигуру, ограничиваясь рисунком головы, особенно лица, либо исполняют фигуру в условной манере. Тем самым реализуется вытеснение непривлекательных особенностей своего тела, позволяющее снизить интенсивность психотравмы.

Изоляция. Этот вид защиты иногда проявляется достаточно рано. Взяв куклу или зверюшку и играя с ней,’ребенок может «дать» ей возможность делать и говорить все, что ему самому запрещено: быть жестокой, ругаться, высмеивать других и т. п. Вспомните кинофильм «Любовь с куклой», русский вариант «Магия», где герой, выступавший с куклой на сцене, трагически стал воспринимать ее как живого собеседника и советчика. Игрушки позволяют ребенку вынести наружу расщепление, проецируя на них свои различные ипостаси.

Преодоление подсознательных барьеров у детей. Как мы страдаем от упрямства и капризов детей, не отдавая себе отчета в том, что все эти проявления бессилия ребенка: бунт, отчаянные попытки протеста — призыв на помощь, жалоба на отсутствие необходимого внимания. Огорчающее нас поведение ребенка — просто свидетельство нерационального стеснения его желаний, принуждения его или просто плохого самочувствия.

Особенно тревожит воспитателей и родителей жестокость детей. Обычно проявление жестокости значительно чаще наблюдается у тех из них, у кого не выработана способность к сопереживанию, а вместо нее наблюдается эмоциональная холодность или пассивность, внушаемость и подчиняемость. Авторитарный жестокий отец, унижающий и обижающий ребенка, и слабая, потакающая мать, не способная защитить своего ребенка, а лишь беспомощно его защищающая, приводит к формированию в характере ребенка садистической жестокости на фоне излишней сентиментальности. В такой семье растут люди несамодостаточные, с постоянным ощущением собственной ущемленности, подчиняющие всю свою жизнь одной цели — самоутверждение любой ценой. Становится понятным, что расстраиваясь по поводу жестокости ребенка, нельзя упускать из виду, что она есть манифестация заниженной самооценки. Нужно в глубине души очень не любить себя, чтобы не любить окружающих и проявлять к ним жестокость (осознанно). Тогда и реализуется эта жестокость в насилии, восстанавливая таким путем самоуважение ребенка.



Страницы: 1 | 2 | Весь текст




Яндекс.Метрика lists
lists